На главную

На Западном фронте без перемен

Автор: Тихонова Елизавета
Фотографии: кадры из фильма

На Западном фронте без перемен


1917-й год. Германия проигрывает войну, фронт завален телами убитых. Молодой Пауль Боймер отправляется на фронт вместе со своими друзьями. В полной уверенности, что не пройдет и месяца, как они будут шагать по Парижу с победными песнями. Но едва оказавшись на передовой, еще совсем мальчишки Пауль со своими друзьями сталкивается со смертью и мороком войны, а от пропагандистского лоска не остается и следа.

Режиссером экранизации выступил Бергер, снявший сериал «Патрик Мелроуз» с Бенедиктом Камбербэтчем в главной роли, и если вы смотрели этот потрясающий, завораживающий сериал, вы без труда уловите общие черты.

Кино, как по мне вышло зрелищным, антивоенным, не лишенным литературности. Стала бы я его пересматривать? Наверно, нет. Мне очень понравилась визуальная составляющая «Патрика Мелроуза». Из-за того, что у нас было достаточно времени, чтобы соотнести себя с героем, прожить вмеcте с ним его боль, визуальная часть не перетягивала на себя. Здесь же, ты словно рассматриваешь большой средневековый гобелен. Неизменно восхищают детали и мастерство, яркость и текстура, но из-за построения фильма, а может быть из-за масштабов, за этой красотой теряются важные составляющие истории, сами герои. Опять же, это сугубо личное мнение. Мне не хотелось бы его навязывать, фильм в любом случае оставляет глубокое впечатление и я нисколько не жалею затраченного на него времени.

На Западном фронте без перемен


Повествование разбито на два смысловых пласта, где в первом на передовой в грязи и ужасе умирают солдаты, а во втором статс-секретарь Маттиас Эрцбергер в составе делегации договаривается о капитуляции Германии. Это разделение подчеркнуто не только нарративом, но и контрастным ритмом сцен, визуалом. Диалог двух друзей, выживших после тяжелейшего боя и расположившихся на каменном полу в разрушенном здании с выбитыми окнами, сменяется сценой в Компьенском лесу под Парижем, в хорошо освещенном и богато убранном вагоне, где официант и маршал Фош обсуждают свежесть булочек. Я бы не сказала, что фильм ощущается фальшивым, но то и дело в нём проскальзывают литературные детали, будь то шейный женский платок переходящий из рук солдат, или форма с уже нашитой биркой с именем прошлого её хозяина, погибшего в боях или очки, единственное, что осталось от погибшего товарища. И эти детали как бы дают выстроиться дистанции между зрителем и автором.

На Западном фронте без перемен


Вы помните ощущение перманентного ужаса при просмотре «Иди и смотри»? Когда ты не просто подключен к главному герою эмоционально, но и всё в картине работает так, что у тебя не остается шанса сказать, что всё это не по-настоящему, отстраниться и спрятаться. Здесь же всегда остается ощущение завороженного почти восхищения. Насилие показано эстетизировано.

Когда видишь кадр, где большую часть его занимают собой трупы, думаешь о том, как здорово выстроена композиция, и какое чудесное сочетание цветов, а не о том, что погибшие — люди. Важно всё же отметить, что эстетизация насилия и наслаждением им далеко не одинаковые вещи.

На Западном фронте без перемен


Однако есть пара моментов, которые, как мне кажется, умудряются вывернуть эту эстетизацию наизнанку и показать с очень неожиданной стороны. Один из примеров такого выверта — это батальная сцена с бронетехникой, когда огромные махины неспешно надвигаются на главного героя, скрежеща и лязгая металлом. Вот здесь хотелось бы отдельно отметить работу композитора Бертельмана, потому фильм в этой сцене звучит просто потрясающе. Всё охвачено почти осязаемым напряжением, и не смотря на то, что сам по себе кадр красив, глаз не оторвать, ты действительно ощущаешь угрозу. Необратимость и беспомощность от осознания того, что солдаты видят эти безликие и безжалостные груды железа и огня впервые, они не знают как с ними бороться, а отступать и спастись нельзя. Когда гусеницы танка наехали на траншею, закрыв чернотой всё пространство над головой, у меня сердце екнуло.

На Западном фронте без перемен


Второй такой стала для меня сцена убийства француза, угодившего в воронку вместе с главным героем во время обстрелов. Первую часть сцены мы завороженно наблюдаем за схваткой. Наши симпатии на стороне главного героя. Мы ведь проделали весь предыдущий путь с ним, для нас его враги, наши враги. Но вот, Пауль оказывается сверху и раз за разом вонзает лезвие глубоко в тело француза, пока тот не начинает захлебываться в собственной крови. И мы видим лицо врага, его темные густые усы, приплюснутый нос, нахмуренные, словно от растерянности брови, как он судорожно прижимает к горлу руку. Он больше не враг, он умирающий, испуганный, грязный, потерянный, какой угодно только не ужасный и безжалостный убийца. На этом моменте можно было бы отдалить камеру от воронки, взлететь выше, как бы наблюдая за за боем сверху, увидеть весь масштаб разрухи, горы тел, пожары, обугленную проволоку. Но мы вместо этого остаемся с Паулем. Он только что убил человека, он запихивает грязь ему в рот, чтобы не слышать всхлипов. Он в ужасе, он испуган, он только что видел как сжигают заживо друга, и мы слышим и видим, мы сами как бы присутствуем, в реальном времени наблюдая, как умирает человек. И только потому что мы от начала до конца вместе с главным героем, мы можем понять его трансформацию и то, что с ним происходит потом.

На Западном фронте без перемен


Естественным образом этот фильм наталкивает на размышления о дне сегодняшнем. Когда смотришь на парней, бегущих навстречу разрывающей на части артиллерии в первую очередь думаешь не о далеком 1917-том, а о батальоне мобилизованных из Воронежской области, где из пятисот, выживших осталось три десятка. Лицо у войны всё то же, сколько бы десятилетий не прошло. Расчеловечивание, горе, смерть. Но я ни в коем случае не хочу оправдывать людей, ушедших сейчас на войну. Лишать их ответственности за принятые решения, значит лишать их субъектности. Выбор не убивать, это наверное, самый важные выбор, который только можно сделать, и никто не в силах у вас право на этот выбор отобрать.

На сей раз я бы хотела закончить текст не советом смотреть или не смотреть фильм, а сказать о том, что сейчас у нас есть возможность избежать перемалывания системой. Правительство РФ ответственно за ужасы, совершаемые на территории Украины. И эта волна мобилизации не была последней. Они продолжат закидывать фронт живой силой, потому что других способов замедлить наступление ВСУ у них нет. Если у вас есть возможность поговорить с родственниками, сделайте это, расскажите о том, что твориться с мобилизованными. Если смерть украинцев не может стать причиной для отказа от военной службы, покажите им, как государство обращается со своими же. Пишите в «Службу поддержки», там волонтеры ежедневно помогают информационно, пишите в «Агору», узнайте как можно оформить АГС. Нет такой уголовной статьи, которая грозит за неявку в военкомат по повестке, максимум, что вам может грозить, это штраф до трёх тысяч рублей. Поэтому сделайте всё, чтобы не повторить судьбу главного героя «На Западном фронте без перемен». Никто не заслуживает умирать на бессмысленной войне.
Блог Путь героя