специфический жанр

Читала между строк ВИКТОРИЯ КОРОТКОВА

Фотограф АЛЕКСАНДР ИВАНОВ

Первый шаг всегда самый трудный. Так с чего же начать, если ты мечтаешь стать писателем? Пойти на курсы и участвовать в конкурсах? Или найти свой уникальный путь, свой уникальный стиль самому, экспериментируя и много работая? О своём личном опыте, о секретах и успехах расскажет писатель-сатирик Ксения Пашкевич.

Любой огонь начинается с искры. Что вдохновило вас выбрать писательство, особенно такой сложный жанр, как сатира?

 

Сатира – это мой жанр. Она никогда не будет восхвалять, идеализировать. Наоборот, она будет вскрывать человеческие пороки, демонстрировать их влияние на нашу повседневность, открывать людям то, что они конфликтуют на пустом месте. Отсюда и вытекает моя цель – показать, как общечеловеческий порок может всё разрушить, как он может негативно повлиять на других людей. Я хочу донести до читателя мысль, что нужно быть умнее, выше, и, обнаружив в себе порок, нужно от него избавляться. Я считаю, что любой жанр сложен, а сатира – жанр специфический. Всё началось четыре года назад, когда я написала сатирическую карикатуру на одну знакомую. Я показала это подруге, ей очень понравилось. Она сказала: «Попробуй. Пиши. У тебя замечательный слог». Так и началось моё увлечение. А последние полтора года у меня есть возможность заниматься этим 24 часа в сутки, и я занимаюсь этим плотно.

 

Получается, это ваша основная деятельность?

 

Да. На данный момент у меня есть возможность не зарабатывать, а быть в свободном полёте. Это самое счастливое время моей жизни. Я как любой человек планирую на этом что-то получать. Но заниматься творчеством ради бизнеса для меня не имеет смысла, иначе это быстро закончится. Я даже задумалась, зачем вообще люди занимаются творчеством? Насколько они сами готовы себе признаться в том, зачем они это делают. Здесь есть момент тщеславия, самолюбования: я не такой как все. Есть момент чисто зарабатывания денег. А есть – и для меня это самый благородный из всех – момент желания изменить жизнь людей, сделать всё, что в твоих силах, чтобы сделать мир лучше. Я хочу, чтобы это оставалось в сердцах, чтобы читатели проникались, чтобы они вели себя в соответствии с теми знаниями, которые приобрели через мой опыт, мои слова.

 

Об этом вы и пишите? Как вы выбираете темы для своих рассказов?

 

У меня есть несколько основных тем, которые меня сейчас интересуют: искусство, медиа, идолопоклонничество, провинция. Возможно, добавятся ещё. Мне в последнее время очень интересна тема интернета и пороки, связанные с этой темой. Цифровизация, анонимность, скрытность.

 

Ваши герои – это реальные люди? Кто служит прототипом?

 

Все совпадения случайны. Если я хочу продемонстрировать какой-то порок, то я наделяю героя этим пороком, приписываю ему отрицательные черты. А дальше работает воображение. Прототипов у меня нет. Это чисто художественная работа, вымысел. Имя героя – это художественный элемент. Когда мне сложно подобрать имя, я обращаюсь к характеру героя. Но, в основном, это порыв души. Иногда мне кажется это забавным, смешным. Мне может просто понравиться, как звучит.

 

Есть ли предел, до которого могут быть утрированы качества героя рассказа?

 

Нет, этого предела нет. Я здесь руководствуюсь внутренним ощущением, личным вкусом, предпочтением и настроением.

 

Бывало ли так, что ваши знакомые находили отражение в ваших произведениях?

 

Может быть и да, но я пишу в жанре сатиры, и они в этом никогда не признаются. Люди привыкли думать о себе лучше, чем они есть. Это нормальное человеческое свойство. Поэтому никто себя в героях не узнаёт.

 

Как семья воспринимает то, чем вы занимаетесь? Они поддерживают вас? Вы давали им читать свои произведения?

 

В принципе, хорошо восприняли. Поначалу очень осторожно, но спустя время, когда появился первый результат, меня стали всеми силами поддерживать. Мама почитала мои труды, и сказала: «Молодец. Это действительно смешно. Чувство юмора у тебя от меня, такая же язвительная как и я».

Что для вас ваш псевдоним?

 

Честно говоря, я даже не знаю. Пашкевич... была у меня в детстве любимая библиотека на улице Паши Савельевой. Я тогда ещё так удивилась, что Пашей может быть женщина. Совокупно всё это запало мне в душу. Так вот потом про эту улицу с детской библиотекой и вспомнила. Мой первый псевдоним был Ксения Бодхи. Я до сих пор использую его в Инстаграме. Это был период увлечения буддизмом. Меня интересовала восточная культура. Я прожила месяц в Индии, два месяца в Шри-Ланке. Именно там, в Шри-Ланке, я серьёзно занялась своими рассказами.

 

Форма коротких рассказов – это проба пера или осознанный выбор?

 

Начинала я как раз с крупной формы. Это была моя проба пера, я не публиковала её. Я тренировалась, посылала на рецензии, получала отзывы. Со временем я пришла к тому, что короткая форма мне подходит больше. Крупная форма даётся тяжелее. Это бег на длительные дистанции, и нужно быть сильно увлечённым одной темой. Я считаю, неправильно писать, если у тебя нет эмоционального порыва на одну тему. У меня же эмоциональный отклик идёт сразу на множество тем, поэтому короткая форма сейчас для меня предпочтительней.

 

Как происходит процесс создания рассказа?

 

Для меня всегда первична идея. Я беру абстракцию, смотрю, как с ней можно поработать, и нахожу конкретное выражение этой идеи. Сначала я вижу проблематику, и потом под неё выстраиваю сюжет и смотрю, как можно лучше их воплотить.

Для меня нет такого понятия как злободневность. Я руководствуюсь тем, что я вижу в обычной жизни. Меня вдохновляет повседневность, общение с людьми, наблюдение со стороны. Если я вижу что-то в человеке или между людьми и чувствую, что это постоянное, что это касается не только одного или двоих, то мне хочется об этом рассказать.

 

Во время чтения ваших рассказов чувствуется напряжение в повествовании. Насколько вы эмоционально устаёте после окончания работы над рассказом?

 

Я не устаю. Я удовлетворена. Я, наоборот, устаю, если я не выплесну. Но как только я выплесну, мне становится намного легче. В среднем я пишу рассказ неделю-две, но как только я его опубликую и получу первые отзывы, я успокаиваюсь. Я без этого не могу. Мне нужно рассказать историю, и тогда я спокойна до следующего раза, пока меня снова какая-то тема не ужалит. У меня очень беспокойный мозг. И, на мой взгляд, без этого не быть ни творческой личностью, ни писателем. В жизни должны быть предпосылки для этого, должен быть определённый склад характера, ты постоянно должен быть чем-то не удовлетворён, тебе всегда должно что-то не нравиться. Эти качества формируются в тебе с детства.

 

Сатира была широко распространена в советское время, когда было очень много ограничений для творчества и свободы самовыражения. Сейчас насколько жанр сатиры актуален, популярен?

 

Только недавно читала о гонениях среди таких писателей, как Зощенко, Ильф и Петров. Это называется «внутренняя миграция». Им всем приходилось выкручиваться. В наше время это также актуально, но если ты затрагиваешь политические темы. Если же ты пишешь, но не касаешься политики, то тебя никто трогать не будет, либо делай это очень тонко. Но я на политические темы не пишу.

 

Почему же?

 

Я не могу дать себе чёткий ответ на этот вопрос. Если я буду писать о пороках в политике, я упрусь в человеческий фактор. Политика – это не что-то абстрактное, а конкретные люди, которые решают судьбу народа. Но тут смещается акцент, и люди начинают искать пороки не в себе, а в других, и думают, что у них всё плохо из-за такой политики. Все пороки где-то там, это не про нас. Мне как раз важно писать про нас, что пороки прежде всего не там, у политиков, не там, в телевизоре, а в нас.

Есть ли в данном жанре любимые авторы, произведения?

 

Мои кумиры – Ильф и Петров. Они писали не чисто механически, а работали подсознанием. Видны порыв, свободное творчество, – и всё это зафиксировано на бумаге. Последнее время это мало у кого встретишь. Современные писатели много работают со смешением жанров или с их отрицанием, то есть с потоком сознания. Мне понравился Задорнов, он, конечно, не чисто писатель, но у него интересен формат заметок. Татьяна Толстая «Кысь». Там есть и сатирический момент, но в целом это постмодернизм. Недавно открыла для себя Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него». Здесь тоже местами присутствует сатирический элемент, но это не сатира в чистом виде. Венедикт Ерофеев «Москва – Петушки». То, как он это написал, повторить невозможно. Уникальный был талант.

Из зарубежных мне нравится Хантер Томпсон, читала «Ромовый дневник» и мне безумно понравилось. Видно, что человек пишет не механически, чувствуется творческий элемент. То есть когда он уже научился хорошо писать, и начинает подключать подсознание, фантазию. И это работает.

 

Как это работает у вас? Нужно ли вам какое-то специальное состояние/обстановка во время написания?

 

Мне нужна концентрация. Для этого мне нужна тишина, спокойствие. Я из тех людей, которые могут в любом месте сесть и начать писать, лишь бы меня никто не отвлекал. Что касается вдохновения, для меня это был непростой вопрос в своё время. Бывают такие недели, когда вдохновение приходит очень редко, но ты не можешь бросить писательство. Иначе ты теряешь навык. У меня однажды был перерыв в две недели, я села, у меня было вдохновение, но я поняла, что слова просто не идут. Поэтому у меня работа разделена на две части: рутинное написание, когда я практикую свой навык, и непосредственно написательная часть, когда я ловлю вдохновение и начинаю писать.

 

Был ли у вас творческий кризис? Какой самый длительный? Как справлялись с ним?

 

За четыре года я могу назвать творческим кризисом те две недели, когда я не писала. Справляться с этим можно по-разному, но я для себя поняла, что легче всего это отпустить и не зацикливаться. Чем больше ты зацикливаешься, что у тебя творческие неудачи, тем становится хуже. Лучше расслабиться, заняться другими делами, и вдохновение само вернётся. Никаких формул здесь нет.

 

Есть ли особое или любимое место, где черпаете вдохновение?

 

Особого места у меня нет, и я рада, потому что я за него не цепляюсь. Могло получиться, что я писала бы в одном месте, но однажды пришла, а того места больше нет. У меня бы возникли большие трудности в творческом процессе. Я очень люблю Главный штаб Эрмитажа, новую Третьяковскую галерею на Крымском Валу. Люблю места, так или иначе связанные с искусством, в основном с изобразительным, со скульптурой. Я могу прийти, походить, посмотреть, насладиться, зарядиться энергией. У меня есть любимый художник Питер Дойг, он работает в жанре магического реализма. У меня перед кроватью даже висит его картина «Пеликан». Уже два года я просыпаюсь и не могу оторваться от неё, настолько она меня поразила. Это просто какое-то помешательство. Я вижу в этом себя, и не могу ничего с этим поделать.

 

Чего хотите достичь? И что достигнуто на данный момент?

 

Я не рассматриваю любую творческую профессию как карьеру. Я буду продолжать писать, если мне будет, о чём сказать. У меня нет конечной цели. Вся моя деятельность и есть моя главная цель: просвещать людей, помогать людям, взаимодействовать с ними, делать их жизнь лучше. В ближайших планах издать сборник рассказов зимой. У меня есть несколько предложений от издательств, которые я сейчас рассматриваю. А дальше буду продвигать сборник через магазины. Для меня сейчас задача выйти за пределы интернета и стать писателем в более широком смысле. Не только писатель онлайн, но с бумажной книжкой в руках. К тебе сразу другое отношение идёт. Стремлюсь к этому.

 

А сейчас как продвигаете своё творчество?

 

У меня есть сайт, на котором я выкладываю свои рассказы. Он даёт серьёзную отдачу. Я этим очень довольна. Несомненно, помогают соцсети. Я заводила их в первую очередь, чтобы получать обратную связь, чтобы понимать, пишу ли я просто так или мои рассказы влияют на людей. Мне очень нравится получать обратную связь, что понравилось, что не понравилось. Но не для того, чтобы в следующий раз написать что-то, что им понравится, а для того, чтобы понять, близка ли им моя основная идея, влияет ли она на них. Поэтому соцсети на сегодняшний момент я считаю очень важным способом коммуникации и привлечения новых читателей.

 

И как реагирует аудитория?

 

По-разному. Я не ожидала, что будет столько людей, которые будут меня поддерживать. Мне пишут, что я беру нетривиальные темы, у меня оригинальная подача, что позволяет посмотреть на всё по-новому. И для меня это очень важно. Мне приходят отзывы, «это действительно круто», «я с таким знаком», «я с этим сталкивался», очень искренне, очень открыто. Я поднимаю такие темы, о которых не принято говорить в общественном поле. Они находятся как бы за кулисами, а я их вытаскиваю, и людям это нравится.

 

Есть поэтические вечера, где люди выступают со своими стихами. Участвуете ли вы похожих чтениях рассказов? Есть ли конкурсы рассказов?

 

Для меня, как для начинающего писателя, стоял вопрос, и я решила не принимать в этом участие. Хочу доносить свою мысль, воздействовать на умы людей в широком формате. Конкурсы и внутреннее профессиональное сообщество – это хорошо. Но я для себя поставила цель не строить карьеру, а стараться донести своё мировоззрение, мироощущение для бОльшей аудитории. Поэтому я лучше посижу попишу, попрактикуюсь. 

Вы как-то учились этому ремеслу?

 

Этот вопрос встаёт перед многими писателями, идти ли на курсы или нет. Курсы преподают известные писатели или писатели, которые позиционируют себя как известные писатели. Я приняла для себя решение, что я буду проходить этот путь самостоятельно. Потому что есть знания, которые ты можешь получить только через собственный опыт. Тебе могут дать их готовыми, но не факт, что ты готов их принять, потому что нужно пройти определённый опыт. Я за независимость, независимость мышления. Мне тяжело принимать чьи-либо советы в этом плане. Я считаю, что творческим людям это свойственно. Но у меня есть на примете пара книжек, которые я бы посоветовала. Роберт Маки. Он пишет о том, как строить сюжет, на чём выстраиваются общие принципы писательства. Д. Николаев писал о сатире. Его труд помогает понять, что такое сатира и как с ней работать, но это не формула. Эта книга даёт тебе основу, но в дальнейшем ты модифицируешь её под себя.

 

Что посоветуете начинающим писателям?

 

Первое, что нужно понять, что это путь во всю жизнь. Этим можно заниматься 2-3-5 лет, писать в стол, и это будет казаться бесполезным. Но надо продолжать, идти дальше. Я хочу посоветовать много писать, выделять на это время. Надо понять, что первое время вы просто будете сидеть и в поте лица писать, и может быть, у вас что-нибудь получится, а может, и нет. Надо быть готовым к тому, что это тяжелый труд и надо будет вкладываться. Каждый день писать, лучше всего по тысяче слов. Как по мне, так другого способа научиться писать не существует. Писать-писать-писать.

 

Что бы вам ещё хотелось пожелать своим читателям?

 

Независимости мышления, независимости поведения, свободы.

instagram.com/kseniyabodhi

Рассказы представлены на сайте:

kseniyabodhi.ru