человек сердца

Беседовала ВИКТОРИЯ ДМИТРИЕВА

Фотографии АНАСТАСИЯ ДЕРЯБИНА

Визажист АННА КЛЕВЦОВА

Стилист ЭЛИНА ЗАХАРЕНКО

Одежда предоставлена шоу-румом ADRESS

Женя Любич – самая русская француженка, которую только можно себе представить. У неё спросили про музыку уже бесчисленное количество раз, но мы решили разгадать творческую загадочность Жени и теперь знаем о ней немного больше, чем все остальные. Выведали у певицы, что её связывает с Печориным из «Героя нашего времени», как ей снятся будущие хиты, что такое любовь и где с ней можно встретиться в Петербурге.

Женя, вы не так давно стали мамой. Как поменялась жизнь с появлением ребёнка?

 

Жизнь поменялась в лучшую сторону. Больше начинаешь ценить время, себя, каждый момент для творчества. В хорошем смысле включается фильтр, то есть на какие-то предложения я чаще всего сейчас отвечаю «нет», но зато те предложения, на которые соглашаюсь, отвечают моему представлению о том, что такое профессионально и талантливо. Я выбираю то, что мне близко, и благодаря такому подходу лучше выкристаллизовываются мои собственные образ и стиль.

 

 

Самый популярный вопрос, который мы тоже не смогли обойти стороной. Вас называют «русской француженкой» из -за выступлений с Nouvelle Vague. Насколько приелось это словосочетание или же вы спокойно относитесь к этому определению?

 

На этот вопрос я отвечаю чуть ли ни в каждом интервью. Но такое определение – «русская француженка» – по сути краткая формула моей биографии. И мне это словосочетание не только не надоедает, оно помогает мне сориентироваться, настроиться. Даже когда я разговариваю со стилистами, визажистами, которые готовят меня к выходу на сцену или к съёмке в журнале, мы вспоминаем эту фразу и, безусловно, отталкиваемся от французского стиля. Если бы не Франция, то мой музыкальный путь сложился бы иначе. Мне вообще близки французские культура, язык, французский шарм, в конце концов, – и всё это уже является какой-то неотъемлемой частью меня самой.

 

А что касается «русской составляющей», то «Simple Russian girl» – это тоже про меня… Правда, в этой песне русские мотивы и интонации переведены на европейский саунд. И мои два альбома, которые были записаны в Париже – «C’est la vie» и «Азбука Морзе» – в них очень много типичной русской мелодики, но они звучат по-европейски, а точнее по-французски. Вот так я и живу: в сочетании русского и французского.

 

 

Как создаётся песня? Вы можете рассказать процесс от А до Я на примере любой вашей композиции?

 

По-разному. Бывает, что ты оказываешься в каком-то живописном месте и думаешь: «Ну, вот сейчас, пожалуй, сяду и напишу песню», но ничего не пишется. А бывает, что сидишь дома, заболел, неделю не выходил на улицу. И вдруг приходит вдохновение, и строчишь одну за другой рифмы без остановки. Бывает, что первыми приходят слова, а потом уже мотив. Правда, музыку придумать всегда для меня проще, чем сочинить текст к уже существующей мелодии. Например, однажды я написала «песню без слов», и я понимала, что текст мог быть только французским – так диктовал мотив. Но текст никак не шёл. Фактически песня прождала своего часа три года. Когда я оказалась в очередной раз в Париже, там я познакомилась с французской певицей и по совместительству преподавательницей философии в Сорбонне. Она и помогла мне дописать текст. То, что получилось, можно услышать на диске «Азбука Морзе» – песня называется «L’étoile». А бывает так: одновременно приходят и слова, и музыка, и это самый лучший случай. Как будто мне кто-то напел, нашептал ноты, буквы, а мне просто осталось всё записать как есть. Для меня вообще в первую очередь важно увидеть песню, как историю или как кадр из фильма. Я в принципе часто отталкиваюсь от визуального, от зримых образов. Бывает, что песни приходят во сне. Мне снилось однажды, что я пишу песню – очень красивые мелодия и слова. И вот песня готова. Я просыпаюсь. И нужно добежать до гитары и диктофона, чтобы успеть не забыть и записать то, что я увидела. Прямо как у Менделеева с его таблицей. Я понимаю, как он это сделал. Так было с песней «Merci». Я хотела сказать одному человеку спасибо и прощай. Очень переживала. И мне приснилась песня.

 

 

К какому жанру вы относите своё творчество?

 

Мне кажется, что это скорее инди-поп. Как сказал Сева Гаккель (прим. рок-музыкант, наиболее известный по игре на виолончели в группе «Аквариум». Основатель клуба «TaMtAm», первой в России независимой организации рокеров): «То, что ты делаешь, Женя – это авант-поп, то есть Музыка, которая станет популярной в будущем». И я верю, что Сева окажется глубоко прав.

 

Что влияет на ваше творчество? Есть какая -то трансформация?

 

Творчество – это концентрат всего увиденного, услышанного, пережитого. Всё, что попадает в поле моего зрения, оказывается, так или иначе, либо в строчках песен, либо за их пределами, но всё равно остаётся в контексте. Поэтому влияет всё. И трансформация, безусловно, присутствует. Прямо в моменте, наверное, я её не замечаю. Ну, вот, скажем, вы замечаете, что выросли за один день? Понятно, что если вы покрасили волосы в фиолетовый цвет вчера, а сегодня проснулись, это будет заметно. А если вы ничего с собой такого не делали, проснулись утром и на себя глядите в зеркало, вряд ли вы так сходу сможете заметить какие-то изменения. Хотя целый день и целая ночь – очень много. И за это время может целая жизнь пронестись перед глазами. У меня есть песня «Новое утро», и там такие строчки:

Полетевшие письма

забылись в пространстве,

И чьи-то слова не попали домой.

Не сошлись имена,

Не сложились индексы,

И это не я, а кто-то другой.

Здравствуй, новое утро,

Снова что-то ушло,

Странно сходятся мысли,

Хотя они бились

Всю ночь, как стекло.

То есть каждым новым утром я являюсь кем-то другим. Хотя, может быть, этого и не заметила вовсе. Время прошло и повлияло на меня. На один день я узнала больше об этой жизни. На одну ночь увидела больше снов, и это меня как-то изменило. Так и с творчеством.

В каком формате выступать комфортнее – сольно или с группой?

 

Последнее время не люблю выступать сольно. Это даёт немного неверное представление о том, что я делаю. Вызывает ассоциации с бардовским творчеством. А я не отношу себя к этой категории авторов-исполнителей. Я считаю, что делаю в большей степени рокмузыку. Потом, выступление с группой – это всегда возможность для разных красок. У меня есть песни, когда я играю на гитаре или на фортепиано, но бывает, когда просто ребята аккомпанируют, а я могу потанцевать, применить на себя какую-то роль, кудато посмотреть, вскинуть руку. И это тоже часть песни, это тоже её ткань. У меня были сольные концерты в Париже, Финляндии, Таллине. Но мне больше нравится выступать полным составом.

 

 

А с кем из рокеров тандем сложился легче всего? Были ли моменты, которые особенно запомнились?

 

Давайте припомним, с кем он вообще сложился. Конечно, первым делом это Nou - velle Vague. И получилось всё совершенно неожиданно и вопреки всему. История как из сказки. Её могло бы и не быть. И моя жизнь тогда сложилась бы иначе. И в этом смысле я фаталист. Знакомство произошло в 2008 году, в Петербурге, на Гороховой улице, в клубе «А2», и этот момент можно считать настоящей точкой отсчёта моей творческой биографии. Сам тандем с Nouvelle Vague был лёгким, но при этом очень судьбоносным и мощным. С ними были гастроли по разным городам и странам мира, многотысячные залы и записанные песни с моим участием – «Aussi belle q’une balle», «La crise Economi - que», «Marooned»...

 

А дальше: Би-2, Дэвид Браун, Наив, Миша Лузин. Сейчас вот группа «Звери». Исполнила с ними недавно песню Майка Науменко «Лето», правда на французском языке, и скоро трек выходит в записи. Ещё поучаствовала на днях в записи одной новогодней передачи, где исполнила песню вместе с Петром Наличем. А до этого записала вокал для песен двух своих знакомых: Евгения Феклистова и группы «Пропеллер Брокен». Это всё приходит само, легко и надеюсь, так будет и дальше.

 

 

Лучший исполнитель всех времён и народов, по мнению Жени Любич, – это?

 

Очень сложный вопрос, поскольку я меломан и мне нравится разная музыка. Я люблю авторов-исполнителей. Если брать эту категорию, то Джони Митчелл – мой большой авторитет, а ещё Леонард Коэн, Битлз, The Rolling Stones…

 

 

Сейчас появляется много молодых исполнителей, можете отметить кого -то?

 

Могу отметить Мою Мишель. Мне очень нравится этот проект. Мне нравится Таня. Мы даже как-то выступали вместе на одной сцене. Я знала её ещё до начала сотрудничества с центром Игоря Матвиенко. А после у неё случился быстрый и качественный взлёт. С удовольствием слушаю её песни.

 

 

Есть ли песня, которую вы любите больше всего из своего репертуара?

 

Больше всего я люблю ту песню, которая написана последней. Сейчас мы как раз выпустили сингл на трек «Выход из положения». Я написала эту песню, вдохновившись рождением своей дочки. Через эту музыку я делюсь тем положительным зарядом эмоций, которые я испытала во время своей беременности и во время появления на свет Анны. Помимо песни на эту тему, я описываю историю своего «положения» в серии постов в Instagram под хэштегами #выходизположения и #baby - lubich, и для меня одно вполне органично дополняет другое. При этом для меня сама песня и её значение всё же шире, она «о чёмто большем», чем о появлении ребёнка на свет. Она и про рождение каких-то важных смыслов, и про связь с внутренним ребёнком, который живёт в любом взрослом. Она про то, чтобы быть в ладу с собой и открывать счастье в себе и вокруг каждый день.

Музыка музыкой, а как у вас дела с литературой? Каким произведениям отдаёте предпочтение?

 

Сейчас времени очень мало. Но недавно я участвовала в проекте редакции Елены Шубиной при поддержке Музея литературы им В.И. Даля. Я читала отрывок из романа Александры Николаенко «Небесный почтальон Федя Булкин». Мне на выбор предложили несколько книг, я их пролистала, но остановила свой выбор на этом произведении. История тронула меня пронзительностью, а текст приятным слогом. До этого я читала Евгения Водолазкина. Мне нужно было взять у него интервью для проекта одного глянцевого журнала, суть которого была в следующем: медийные персонажи берут интервью у других медийных персонажей. В тот момент я была в гастрольном туре, и интервью началось с переписки. Было очень необычно. Евгений – невероятно интересный персонаж и собеседник. Позже я с удовольствием познакомилась с ним как с писателем. Мне понравился «Авиатор». Книжка с автографом торжественно стоит на полке. Вот так в мою жизнь попадают книги. Через живых людей, писателей. И, слава Богу, что моя работа предоставляет такую возможность. Иначе мне нечего было бы ответить на этот вопрос (прим. смеётся).

 

 

Женя, а нет мыслей написать собственную книгу?

 

Да, эта мысль меня периодически посещает, потому что в жизни происходит множество сюжетов, похожих скорее на сценарий фильма. Я себе говорю: «Об этом только книгу и писать». Потом эти события проходят, ты их с трудом вспоминаешь. И я понимаю, что надо как-то записывать. Всё из памяти быстро стирается, меняется и острота ощущений. Но знаете, на самом деле, если вдруг что-то с музыкальной деятельностью пойдёт не так, я знаю, чем мне заняться. Думаю, что начну даже раньше.

 

 

Вы неоднократно говорили, что хотели бы сняться в хорошем кино. И в этом году дебютировали в фильме «Волшебный мир».  Можно сказать, что мечта сбылась?

 

Ну, это начало, и будем думать, «продолжение следует».

 

 

А что понравилось больше: сниматься в кино или же писать музыку к фильмам?

 

Нравится и то, и то. Писать музыку к фильмам – такой опыт у меня есть. К примеру, фильм «Он – Дракон». Там звучат три мои песни: «Ритуальная», «В белых облаках» и «Колыбельная Тишины». Последняя, кстати, набирает обороты популярности, особенно благодаря всё новым кавер-версиям, которые создаются самыми разными людьми… А вот сниматься в кино – это что-то совершенно новое.

 

 

Вы хотели стать балериной, но из-за травмы карьера не сложилась. Есть сожаления о том, что не получилось с балетом?

 

Так уж складывается, что всё, чего мне хотелось в детстве, – в мою жизнь приходит. Мне дорог наш творческий союз с Антоном Лабунскасом, артистом Театра балета Бориса Эйфмана. С ним вместе мы танцуем в клипе на мою песню «Азбука Морзе». Иногда Антон появляется на сцене и во время моих концертов, и мы снова танцуем. Когда это происходит, я ощущаю себя немножечко балериной. Поэтому ничего не упущено, покрайней мере, у меня такого ощущения нет.

 

Я действительно считаю, что всё к лучшему. В тот момент, когда стало понятно, что с балетом мне не по пути, я тут же начала петь и писать свои песни. Мой голос буквально прорезался, и я пошла на уроки вокала. Первые мои песни были написаны на стихи поэтов. Допустим, нам задавали в школе что-то учить наизусть, и мне было гораздо легче это делать, если у текста появлялся мотив. Таким образом вынужденная ситуация оборачивалась не против меня, а в мою пользу. Жизнь всегда предлагала найти собственный выход из положения.

 

 

Вы очень трепетно относитесь к любви. Нет однозначного определения этому понятию. Какое оно у вас?

 

Любовь – это неравнодушие. Любовь – это свобода, вдохновение, творчество. Любовь вне всего и внутри всего одновременно. Любовь – это то, что помогает ощутить себя полноценным, она даёт цель. Любовь – это всегда цель. И вообще это самое важное в жизни.

 

 

Женя, вы скорее повинуетесь зову сердца или принимаете взвешенные решения путём долгих рассуждений?

 

Я человек сердца. И следую тому, что идёт изнутри.

 

 

Вы назвали себя фаталистом, прямо как Печорин, расскажите ещё о каких-нибудь судьбоносных моментах, которые перевернули жизнь?

 

Судьбоносные моменты на каждом шагу. Я в принципе верю в то, что нет ничего случайного. Например, у меня родилась дочка, и благодаря ей родилась песня, потом родилась идея делиться своим опытом... А, может быть, он уже кому-то помог?

 

 

Приведите тогда примеры, когда вас не подводила интуиция?

 

Я полагаюсь на интуицию. Мне сложно представить какой-то другой вариант принятия решений и развития событий. Именно интуиция меня привела в своё время на концерт Nouvelle Vague. Мне кажется, интуиция мне даже песни писать помогает, и я следую за этим внутренним голосом.

 

 

Когда удаётся вырваться в Петербург с гастролей, где чаще всего вас можно встретить? Есть какие -то любимые места?

 

Много любимых мест. Васильевский остров. Нравится здесь гулять. Нравится здесь жить. Хотя если раньше окна моего дома выходили на Финский залив, то теперь здесь Западный Скоростной Диаметр, и стало не так живописно и не так экологично... К слову, недавно я выступала за организацию парка в устье реки Смоленки. Собралась такая группа энтузиастов, и я поддержала эту инициативу. Неизвестно ещё, каков будет результат этой акции, и пока что у жителей острова вместо залива один ЗСД. Мои друзья «Митьки» расшифровывают эти буквы, как «ЗаСаДа»… И, тем не менее, Васильевский я люблю. И Благовещенский мост, и Университет, я там училась. Здесь, конечно, свой микроклимат. Люблю Троицкий мост – самый французский из всех петербургских мостов. Мне нравится Новая Голландия, переулок Пирогова, там есть замечательное кафе «Solaris lab». С его крыши открывается прекрасный вид на колонны Исаакиевского собора. Люблю колоннаду Исаакия. Вообще, Питер вдохновляет. Гулять по городу – одно из любимых занятий.